Est 1 | RusBTI | STEP | Было это во времена Ксеркса — того Ксеркса, который правил ста двадцатью семью областями от Индии до Куша .

‏ Esther 1

Царь Ксеркс низлагает царицу Астинь

1 Было это во времена Ксеркса ^{▼▼В LХХ, Славянском и Син. пер.: Артаксеркс; масоретский текст: Ахашверош. Персидский царь Ксеркс I, сын Дария I Великого, правил в 486–465 гг. до Р. Х.} — того Ксеркса, который правил ста двадцатью семью областями от Индии до Куша ^{▼▼Куш — территория южнее Египта.}. 2 Утвердившись ^{▼▼Или: восседая.} к тому времени на царском престоле в крепости Сузы, 3 царь Ксеркс на третий год своего правления устроил пир для вельмож и сановников. Собрав у себя персидских и мидийских военачальников, знать и правителей областей, 4 он показывал им богатство славного своего царства, его блеск и великолепие много дней подряд — сто восемьдесят дней.

5 Когда эти дни завершились, царь устроил семидневный пир для всего народа — для всех жителей крепости Сузы от мала до велика — во дворе царского сада ^{▼▼Букв.: во дворе сада царского дворца.}. 6 Белые и голубые льняные полотнища висели на шнурах из белого виссона и пурпурной шерсти, привязанных к серебряным перекладинам на мраморных столбах; на мозаичном полу из мрамора, перламутра и самоцветов ^{▼▼Перевод наименований камней предположителен.} стояли ложа из золота и серебра. 7 Напитки подавали в золотых чашах, и чаши были самые разные; вино от царских щедрот лилось рекой, 8 и пили, по указу царя, без ограничений — кто сколько пожелает ^{▼▼Или: пили чинно, без принуждения.}: такие распоряжения царь дал управителям своего дворца.

9 А в самом царском дворце Ксеркса царица Астинь ^{▼▼Так в LXX; масоретский текст: Вашти.} устроила пир для женщин.

10 На седьмой день пира царь, развеселившийся от вина, повелел Мехуману, Биззете, Харвоне, Бигте, Авагте, Зетару и Каркасу — семи царедворцам ^{▼▼Или: евнухам; то же в ст. 12 и 15.}, служившим при нем ^{▼▼Букв.: при царе Ахашвероше.}, — 11 привести к нему царицу Астинь в царском венце, чтобы показать ее красоту народу и правителям, ведь она была очень красива. 12 Но царица Астинь, услышав от царедворцев повеление царя, прийти отказалась — и царь так разгневался на нее, что пришел в ярость.

13 Тогда царь обратился к мудрецам, знатокам обычаев разных времен (царь, как правило, вел свои дела в присутствии знатоков закона и права, 14 его приближенными были Каршена, Шетар, Адмата, Таршиш, Мерес, Марсена и Мемухан — семь знатных персов и мидийцев, всегда имевших доступ к царю и занимавших первые места в царстве). 15 «Как по закону следует поступить с царицей Астинью, — спросил он, — за то, что она не исполнила повеление царя Ксеркса, переданное через царедворцев?» 16 «Царица Астинь виновна не только перед царем, но и перед всеми правителями, перед всеми народами, живущими во владениях царя Ксеркса, — ответил царю и правителям Мемухан. — 17 Теперь поступок царицы станет известен всем женщинам, и они будут смотреть на своих мужей с пренебрежением и говорить: „Царь Ксеркс велел привести к себе царицу Астинь, а она не пошла“. 18 Знатные персиянки и мидийки, как только узнают о поступке царицы, сами начнут выказывать непокорство ^{▼▼Пер. по друг. чтению; масоретский текст: будут говорить / отвечать (так же).} царским вельможам, вызывая лишь гнев и презрение! ^{▼▼Или: и сколько же будет презрения и гнева!} 19 Если это будет угодно царю, пусть выйдет царский указ, где среди непреложных законов персов и мидийцев будет записано, что отныне никогда не предстанет Астинь пред очи царя Ксеркса, а звание ее царское пусть царь отдаст другой женщине, лучшей, чем она. 20 И когда такой царский указ огласят по всему его царству — а оно воистину велико, — то все женщины: и знатные, и незнатные ^{▼▼Букв.: от мала до велика.} — станут почитать своих мужей».

21 Совет Мемухана понравился царю и его правителям, и царь поступил так, как тот и сказал: 22 разослал указ по областям своего царства, в каждую область принятым там письмом, каждому народу на его языке: «Мужчина — господин в доме своем», — и так провозгласили на языке каждого народа ^{▼▼Или: и чтобы он (муж) говорил языком народа своего — при таком переводе, вероятно, речь идет о языковой ситуации в условиях многонациональной Персидской империи: язык мужа должен быть главным в семье. Эта последняя фраза отсутствует в LXX.}.